Кто разрешил дом у моря продавать? Мы рассчитывали этим летом у тебя остановиться – заявила наглая подруга.
Валентина аккуратно складывала зимние вещи в просторный шкаф, когда резкая трель телефона разорвала тишину комнаты. Звонила Тамара. Они общались со студенческих лет, хотя в последние годы их общение всё больше напоминало игру в одни ворота, где Валентина выступала в роли удобного слушателя и безотказного помощника.
Она нажала кнопку ответа, и из динамика тут же обрушился шквал возмущения.
— Кто тебе разрешил дом у моря продавать? Мы рассчитывали этим летом у тебя остановиться! — голос Тамары срывался на высокие ноты, полные искреннего, неподдельного негодования. — Я уже Игорю сказала, он на работе отпуск согласовал на август! Мы билеты на поезд брать собрались!
Валентина на мгновение замерла, держа в руках теплый свитер. Она ожидала разной реакции на свою новость, но подобная наглость переходила все мыслимые пределы.
— Тамара, добрый день, — ровным, спокойным тоном ответила Валентина. — Во-первых, это моя собственность. Во-вторых, я не помню, чтобы мы договаривались о вашем приезде в этом году. И уж тем более я не обязана спрашивать разрешения на продажу своего имущества.
На том конце провода повисла тяжелая пауза. Тамара явно переваривала услышанное, не привыкшая к такому твердому отпору. Обычно Валентина уступала, сглаживала углы, не желая вступать в конфликты. Но продажа небольшого домика на побережье, доставшегося ей давным-давно, была решением обдуманным и окончательным. Дом требовал постоянного ухода, вложений, а сил ездить туда каждый сезон становилось всё меньше.
— Как это продан? — тон Тамары резко изменился. Возмущение сменилось откровенной паникой. — Совсем продан? Кому? Когда?
— Сделка закрыта на прошлой неделе. Новый владелец уже получил ключи и заехал, — Валентина повесила свитер на плечики и закрыла дверцу шкафа.
— Валентина, послушай меня внимательно, — голос подруги задрожал, потеряв всю свою былую спесь. — Это катастрофа. Там, на чердаке, за старыми досками… Там стояла моя коробка. Синяя пластиковая коробка. Ты ее забрала? Скажи мне, что ты ее забрала!
Валентина нахмурилась. Она действительно помнила эту коробку. Разбирая вещи перед продажей, она вывезла всё свое, а эту синюю емкость, задвинутую в самый дальний угол под крышей, трогать не стала. Она вообще думала, что это оставил кто-то из нанимаемых ею рабочих, чинивших крышу пару лет назад.
— Нет, Тамара. Я вывезла только свои вещи. Остальное осталось новому хозяину. Он планировал делать большой ремонт, так что, скорее всего, всё лишнее уже на свалке.
В трубке раздался странный, сдавленный звук, словно Тамаре не хватало воздуха.
— Дай мне его номер! Срочно! Адрес, номер телефона, как его зовут! Я поеду туда прямо сейчас!
— Я не могу раздавать личные контакты посторонних людей, — строго ответила Валентина, чувствуя, как внутри нарастает необъяснимая тревога. Поведение Тамары было совершенно неадекватным ситуации. Что могло храниться в обычной коробке на чужом чердаке, чтобы вызывать такую истерику?
— Валя, умоляю! — Тамара почти кричала. — Это вопрос моей жизни! Если этот человек откроет коробку, всё рухнет! Я сейчас приеду к тебе! Никуда не уходи!
Связь оборвалась. Валентина опустилась на диван, глядя на потухший экран телефона. Ситуация принимала неожиданный оборот. Тамара, всегда расчетливая, уверенная в себе, сейчас напоминала загнанного в угол зверя.
Не желая устраивать сцен в своей квартире, Валентина решила действовать на опережение. Она нашла в контактах номер нового владельца дома. Леонид Сергеевич оказался человеком обстоятельным, спокойным, сделка с ним прошла гладко и без лишней суеты.
Гудки шли долго. Наконец на том конце ответили.
— Алло, Валентина Николаевна? Добрый день, — голос Леонида звучал ровно, но в нем угадывалось едва заметное напряжение.
— Здравствуйте, Леонид Сергеевич. Извините за беспокойство. Я звоню по довольно странному поводу. Моя знакомая утверждает, что оставила на чердаке синюю пластиковую коробку. Скажите, вы случайно ее не находили?
В трубке повисло долгое молчание. Слышно было лишь, как шумит ветер — тот самый морской бриз, который Валентина так хорошо помнила.
— Находил, Валентина Николаевна, — наконец произнес Леонид. — Более того, я собирался звонить вам сам. Я вскрыл эту коробку.
— Там что-то ценное? Тамара собирается ехать к вам, она в полной истерике.
— Ей не нужно сюда ехать, — голос Леонида стал жестким, чеканящим каждое слово. — А вот вам приехать необходимо. Прямо сейчас. То, что здесь лежит, касается лично вас. И человека по имени Анатолий. То, что вы увидите, полностью перевернет ваше представление о событиях тридцатилетней давности. Жду вас.
Леонид отключился. Валентина сидела неподвижно, чувствуя, как в комнате словно стало меньше воздуха. Имя Анатолия эхом отозвалось в памяти, пробуждая давно запертые чувства, обиды и неразрешенные вопросы. Человек, который обещал быть рядом, который уехал на север строить их будущее и исчез, не оставив ни строчки, ни весточки.
В дверь требовательно и громко позвонили. Это была Тамара…