Сергей поморщился, глядя на тарелку с гречкой и куриной грудкой:
— Опять эта безвкусная диетическая еда? Я же просил нормальный ужин приготовить.
Виктория замерла у мойки, сжимая губку. Целый день на ногах — сначала работа в офисе, потом два часа в пробках, магазин, готовка. А теперь еще и претензии.
— Ты сам попросил перейти на здоровое питание, — напомнила она, старательно сохраняя спокойствие. — Говорил, что нужно следить за фигурой.
— Я не это имел в виду! — Сергей отодвинул тарелку. — Знаешь, моя мама каждый день что-то новое и вкусное готовила.
Виктория медленно повернулась к мужу. Вот оно — снова это больное место. Свекровь, которая, по словам Сергея, была воплощением идеала: и готовила, и убирала, и работала, и при этом всегда оставалась свежей и веселой.
— Твоя мама не работала до восьми вечера, — ровным тоном ответила Виктория. — И у нее не было полуторачасовой дороги от офиса.
— Это отговорки, — отрезал Сергей. — Она успевала все. Просто умела организовать время.
Что-то внутри Виктории надломилось. Не сломалось еще, но трещина пошла.
— Знаешь что? Может, пойдешь тогда к маме? Она тебя и накормит как положено, и трусы тебе постирает, и пожалеет еще при этом.
Сергей вскочил из-за стола:
— Отличная идея! Туда и пойду.
Хлопнула входная дверь. Виктория опустилась на стул, уставившись в пустоту. За окном начинался майский вечер — длинный, светлый, насмешливо красивый.
Они поженились четыре года назад. Тогда все казалось иначе. Сергей говорил красивые слова про равноправие, помогал по дому, восхищался ее карьерными успехами. Когда изменилось? Виктория не могла точно сказать. Наверное, постепенно, незаметно — как ржавчина, разъедающая металл.
Сначала появились сравнения — легкие, вроде бы шутливые: « А мама мои рубашки по-другому гладит », « Мама всегда соус к макаронам делает ». Потом начались упреки: « Почему у нас вечно бардак? », « Другие жены успевают и готовить, и убираться ». И наконец — открытое недовольство, которое вылезло сегодня.
Телефон завибрировал — сообщение от подруги Ольги: « Как дела? Давно не виделись! »
Виктория задумалась. Действительно — когда они последний раз встречались? Месяца три назад? Работа, дом, постоянная усталость и попытки соответствовать чьим-то ожиданиям отнимали все силы и время.
Она набрала ответ: « Давай завтра после работы? Надо поговорить ».
На следующий день Сергей вернулся домой, но уже поздно, около полуночи. Виктория лежала в темноте, притворяясь спящей. Слушала, как он ходит по квартире, заглядывает в холодильник, наконец устраивается на диване в гостиной.
Утром они разминулись — Виктория уехала на работу раньше обычного, не оставив завтрака. Пусть теперь сам о себе позаботится.
День прошел в суете совещаний и отчетов.
Вечером она встретилась с Ольгой в уютном кафе недалеко от работы. Подруга одним взглядом оценила ее состояние:
— Что-то случилось?
И Виктория рассказала. О вчерашнем конфликте, о бесконечных сравнениях, о том, как устала чувствовать себя недостаточно хорошей. Ольга слушала молча, иногда кивая.
— Знаешь, — наконец произнесла она, — у меня был похожий опыт. Первый муж тоже постоянно тыкал носом в пример своей мамочки. В итоге я поняла: он не жену искал, а копию матери. Хорошо, что детей не успели завести.
— И что ты сделала? — спросила Виктория.
— Ушла. Лучше одной, чем с человеком, который тебя не ценит.
Виктория задумчиво смотрела на кофе в чашке. Уйти? Просто так взять и разрушить четыре года совместной жизни?
— Вика, — Ольга наклонилась ближе, — послушай меня внимательно. Ты молодая, красивая, успешная женщина. У тебя отличная работа, приличный доход. Зачем тебе тянуть на себе инфантильного маменькиного сынка?
— Но я же его люблю…
— Любишь или привыкла? Это разные вещи.
Вопрос застал Викторию врасплох. Любовь? Когда она в последний раз чувствовала бабочек в животе, желание скорее увидеться, тепло при мысли о партнере? Кажется, очень давно.
Она вернулась домой около девяти. Сергей сидел перед телевизором с тарелкой еды — судя по упаковкам на кухне, заказал доставку. При виде жены он демонстративно отвернулся.
— Нам нужно поговорить, — сказала Виктория, снимая туфли.
— О чем? — не отрываясь от экрана, буркнул он.
— О нас. О наших отношениях.
Сергей нехотя выключил телевизор:
— Ладно, говори.
Виктория села в кресло напротив:
— Сережа, скажи честно: ты вообще хочешь быть со мной?
Вопрос явно застал его врасплох:
— Что за странный вопрос? Мы же женаты.
— Это не ответ. Я спрашиваю: ты хочешь быть именно со мной, с настоящей Викторией? Или тебе нужна копия твоей мамы в молодости?
Сергей открыл рот, потом закрыл. Молчание затянулось.
— Понятно, — кивнула Виктория. — Знаешь, я тоже задала себе этот вопрос. И поняла, что устала пытаться стать кем-то другим.
— Вика, ну при чем тут…
— При том, — перебила она, — что последние полтора года я чувствую себя плохой женой. Недостаточно хорошей хозяйкой. Вечно виноватой в том, что работаю допоздна или не успеваю приготовить ужин из трех блюд.
— Я просто хотел…
— Чтобы я была как твоя мама? — Виктория усмехнулась. — Но я не она. У меня другая жизнь, другие возможности, другие приоритеты. И знаешь что? Я больше не хочу оправдываться за это.
Сергей молчал, уставившись в пол. В свете торшера его лицо казалось осунувшимся, постаревшим.
— Я предлагаю так, — продолжила Виктория. — Давай возьмем паузу. Поживем отдельно месяц-два. Подумаем, нужны ли мы друг другу на самом деле.
— Это глупо, — пробормотал он. — Куда ты пойдешь?
— Сниму что-нибудь.
Квартира была его. И она ни на что не претендовала. Зарплаты хватало, чтобы снять что-то приличное и побыстрее.
Неделя прошла в хлопотах. Виктория собирала вещи, Сергей наблюдал за происходящим с видом оскорбленного ребенка, которого несправедливо наказали.
— Ты правда уходишь? — спросил он в день отъезда.
— Правда.
— Из-за одной ссоры?
Виктория посмотрела на него долгим взглядом:
— Не из-за ссоры. Из-за того, что я устала не быть собой.
Первые дни Виктория чувствовала себя странно — непривычно легко, словно сбросила тяжелый рюкзак. Никто не ждал от нее ужина, никто не упрекал в недостаточной хозяйственности.
Она начала замечать вещи, на которые раньше не обращала внимания. Например, что по выходным можно спать до обеда. Что вечером после работы необязательно стоять у плиты — можно заказать еду или приготовить что-то быстрое. Что свободное время — это не роскошь, а необходимость.
Сергей звонил первые дни постоянно. Потом реже. Потом перестал совсем. Зато начали приходить сообщения от свекрови — обвиняющие, полные упреков. Виктория не отвечала. Какой смысл?
Работа пошла лучше — освободившаяся энергия нашла применение в проектах и идеях. Начальник заметил изменения и предложил повышение.
Прошло три месяца. Виктория сидела на своем крошечном балконе, попивая утренний кофе и листая соцсети. Наткнулась на фотографию Сергея — он стоял рядом с незнакомой девушкой, оба улыбались в камеру. Подпись гласила: « Начинаем новую главу ».
Странно, но Виктория не почувствовала ни боли, ни ревности. Скорее облегчение — значит, он тоже двигается дальше.
Телефон завибрировал — сообщение от коллеги Максима, с которым они работали над последним проектом: « Привет! Не хочешь прогуляться в парке? Погода шикарная ».
Виктория улыбнулась, набирая ответ. Новая глава, похоже, начиналась не только у Сергея.